Тепло на чужой дороге

Три дня отдыха заболевшему путнику — и приют до выздоровления тому, кто слишком слаб, чтобы продолжить дорогу. Так предписывал типикон Петрицонского монастыря, составленный в декабре 1083 года. Его распоряжения касались странноприимного дома в Стенимахе — нынешнем Асеновграде в Болгарии. [1, 4]

За документом стоял Григорий Бакуриани, известный в византийских источниках как Григорий Пакуриан. Полководец занимал должность великого доместика Запада и принадлежал к окружению императора Алексея I Комнина. В 1083 году он основал грузинский монастырь Петрицони, сегодня называемый Бачковским, и передал ему значительное имущество. Затем определил правила, по которым должна была жить обитель. [2]

Это была грузинская община на территории Византии, далеко от Кавказа. Её история помогает увидеть, как грузинское монашество существовало за пределами родных земель: сохраняло собственную общинную жизнь и одновременно участвовало в жизни окружающего общества. Современная Болгария здесь обозначает место на сегодняшней карте; политическое пространство, в котором действовал основатель, было византийским. [2, 4]

У благотворительности был ясный религиозный смысл. Помощь бедным связывали со спасением души, а нуждающихся называли братьями во Христе. Исследователь Дирк Краусмюллер рассматривает Петрицонский типикон среди свидетельств о монастырской милостыне. В центре его исследования — вопрос о том, кто должен ею распоряжаться: отдельный инок или община. Организация помощи затрагивала сам порядок монашеской жизни. [3]

В Стенимахе гостеприимство обеспечивали вполне определёнными средствами. Устав закреплял за приютом зерно и вино из доходов поселения, предусматривал бобовые и овощи, выделял водяную мельницу. Зависимого крестьянина освобождали от прочих повинностей, поручая ему доставку дров, воды и обслуживание дома. Это меняло его службу, но не означало освобождения от зависимости. [1]

Зимой дом следовало отапливать. Для заболевшего предусматривались три дня отдыха; при слабости, исключавшей дальнейший путь, его надлежало оставить до полного выздоровления. В этом правиле учитывалась способность конкретного человека снова отправиться в дорогу. [1]

Обязанность помогать должна была пережить основателя. Преемникам запрещалось сокращать установленное содержание приютов; с ростом монастырских доходов следовало улучшать и гостеприимство. Милосердие получало хозяйственную основу и становилось ответственностью тех, кто управлял обителью. [1]

Документ требует осторожного чтения: это устав, а не отчёт о приёме гостей. Из него нельзя узнать, сколько людей получили помощь и всегда ли распоряжения исполнялись. Но сама подробность правил существенна. Она позволяет рассмотреть за общим словом «благотворительность» устройство учреждения и обязанности его служителей.

Петрицони напоминает, что история грузинского присутствия в Византии складывалась из разных видов служения. В ней были военные должности, монастырские основания, духовная жизнь — и забота о человеке, который оказался вдали от дома. Сохранённый устав даёт этой заботе конкретное историческое содержание.